Золото в лазури: Андрѣй Бѣлый - туркестанскiй акынъ
Остальные

Золото в лазури: Андрѣй Бѣлый - туркестанскiй акынъ

В «Спортфакт» попал огромный архив газет первой половины XX века. Мы продолжаем знакомить вас с самыми интересными публикациями. Чтобы вы тоже убедились: как будто о современном спорте написано!


 

«Поклонники Эвтѣрпы», 15 апрѣля 1911 года



ЗОЛОТО В ЛАЗУРИ:
Андрѣй Бѣлый - туркестанскiй акынъ


Соревнованiя поэтовъ стали настоящимъ trend-омъ нашихъ днѣй. И не только въ декаденствующихъ столицахъ. Нашъ репортёръ, начинающiй рифмоплётъ Сержъ Весенинъ побывалъ въ Туркестанскомъ генералъ-губернаторстве, где соревнуются тамошнiе пiиты, которыхъ кличутъ акынами.


«О, газъ, плѣнящий сине-бѣлымъ! Мечты сбываются съ тобой!» - все мы помнимъ, какъ съ этими дерзкими строками блистательный Игорь Сѣверянинъ сталъ королёмъ поэтовъ Россiи. Но соревнованiе акыновъ, именуемое айтысъ – это нечто совсемъ иное, въ чёмъ и убедился вашъ покорный слуга.


Когда мы, преодолевъ перекладными около трёхъ тысяч вёрстъ, добрались наконецъ изъ промозглой Москвы до лазурнаго Кокъ-тюбе и увидели, какъ внизу «расшитымъ полотенцемъ» лежитъ городъ Вѣрный, душа запела сама собой.


- Я понимаю, что вдохновляетъ местныхъ пiитовъ, - промолвилъ мой спутникъ, ещё совсемъ недавно грѣмевшiй на всю имперiю и окрѣстности Андрѣй Бѣлый.


Онъ, в отличiе отъ меня, приѣхал въ Вѣрный не забавы для – мѣстный ханъ Пахтакоръ пригласилъ его в свою команду акыновъ. Да-да, не удивляйтесь, здѣсь меценатами поэтическаго цеху выступаютъ не крупныя корпорацiи типа «Всероссiйской чугунки», а отдѣльныя персоны, какъ правило - представители дрѣвнихъ ханскихъ и байскихъ родовъ, съ сызмальства привыкшiе къ стихотворнымъ усладамъ. Особенно въ исполненiи волооких фурiй… Стопъ, о чёмъ это я?!


У могущественнаго г-на Пахтакора ѣсть цѣлая академия акыновъ, но для побѣды въ Общетуркестанских айтысахъ мѣстныхъ кадровъ мало. Вотъ онъ и приглашаетъ знаменитыхъ пiитов со всѣй Россiйской имперiи. Поговаривали, что съ Андрѣемъ Бѣлымъ приѣдетъ и Саша Чорный, но тотъ этай весной отправился на воды в Гельвецiю, дабы поправить своё пошатнувшѣеся поэтическое здоровье.


Зато въ Вѣрномъ обосновался небезызвѣстный малороссiйскiй кобзарь Лесь Украинецъ, и ѣсть тутъ даже парочка темнокожихъ пiитов, гордо величающихъ себя наслѣдниками Пушкина. Правда, до великаго предка (ѣсли онъ, конечно, является для нихъ таковымъ) симъ рифмоплётамъ – какъ новомодному рижскому мудонiю до ядрѣной сибирской мѣдовухи. Не вѣрите? Спросите у г-на Магомѣдова!


Само собой, у здешнихъ акыновъ ѣсть спѣцiально подобранныя наставники. Къ нашему прiезду руководилъ когортой жыршы и оленши бывшiй помощникъ ректора Всероссiйской поэтической академiи г-нъ Усачёвъ, извѣстный своимъ неизмѣннымъ профессiонализмомъ и по-настоящему добрымъ нравомъ. Именно онъ и зазвалъ въ Туркестанъ собственнаго хорошаго знакомца Андрѣя Бѣлаго.


Но вотъ тутъ-то и начались кунштюки. Ссылаясь на то, что айтысъ – это не конкурсъ поэтовъ въ нашемъ пониманiи, а импровизацiи подъ обязатѣльный аккомпанементъ комуза, г-нъ Пахтакоръ усадилъ приезжаго маэстро учить казахскую нотную грамоту.


Длилось сiе обученiе почти месяцъ, а акыны хана темъ временемъ участвовали въ поэтическихъ битвахъ безъ россiйскаго генiя. И, надо заметить, делали это с переменнымъ успехомъ.


Если грандiозное сраженiе съ главными своими соперниками изъ Акмолинска пiиты Пахтакоровы съ чѣстью выдержали, привѣзя домой громокипящiй Кубокъ, то въ битвахъ пожиже они почему-то ошибались въ рифмахъ и не попадали в тактъ.


Особенно страннымъ было соревнованiе въ Яицкомъ городке (нынче его кличутъ Уральскомъ), где дебютировалъ наконецъ г-нъ Бѣлый. Петербуржскiй гость делалъ всё для побѣды, изящно рифмуя кровь и любовь, но одинъ изъ техъ самыхъ темнокожихъ акыновъ ошибся вдругъ въ решающѣй двадцать четвёртой строфе, а другой партнеръ г-на Бѣлаго и вовсе нарочито уронил боевой комузъ, нанѣся тому непоправимый уронъ.


Всё прояснилось по нашему возвращенiю из Яицкого городка – въ академiи г-на Пахтакора уже вовсю обживался г-нъ Важа-Пшавела, призванный смѣнить г-на Усачёва.


Всё дѣло было въ томъ, что означенный г-нъ Усачёвъ терпеть не можетъ, когда кто-то, кроме нѣго, начинаетъ диктовать его подопечнымъ рифмы и размѣры, а г-нъ Пахтакоръ, мало того, что самъ не прочь вмѣшаться въ таинство стихосложенiя, такъ пригласилъ ещё и некого заокѣанского jazzmаn, призванного научить акыновъ сопрягать слова такъ, дабы те гармонировали со звуками домбры, призванной заменить устарѣвший, по его мненiю, комузъ.


Г-нъ Усачёвъ, воспитанный на совсемъ другихъ аккордахъ и рифмахъ, таковое вмѣшательство терпеть не возжѣлал, темъ болѣе, что заранѣе договаривался о непозволительности подобныхъ интервенцiй. Онъ незамѣдлительно подалъ въ отставку. Которая и была принята безъ всякихъ экивоковъ – благо, г-нъ Важа-Пшавела уже обретался подъ сенью Кокъ-Тюбе.


Впрочемъ, стороны расстались абсолютно мирно, безъ битiя тарелокъ и ломанiя домбръ. Осталось непонятнымъ только одно – был ли конфузъ въ Яицком городке спланированъ заранѣе - для афронту г-на Усачёва? Думаю, врядъ ли, поскольку на послѣдующих айтысахъ «герои» Уральска рифмовали не лучше.


Бывшiй наставникъ благополучно покинулъ Вѣрный, ретировавшись въ Первопрѣстольную. А что будетъ съ г-ном Бѣлым, котораго намедни непонятно за что жёстко обругалъ въ «Петербургском экспрессе» словообильный г-нъ Графоманеръ, можно только гадать. Пока маэстро въ Туркестане, чѣстно отрабатываетъ свой хлѣбъ, и привыкаетъ быть акыномъ-легионеромъ, то ѣсть, попросту говоря – наёмникомъ.


Что жъ, главное теперь в этой ситуацiи, чтобы его действительно не наёмывали.


Сержъ Весенинъ


Источник: http://www.sportfakt.ru/