Версия Гескина. Не поздно ли встретились?
Рубрики

Версия Гескина. Не поздно ли встретились?

Обозреватель «Спортфакта» Владимир Гескин – о спасателе Смирнове и Макларене, который не в курсе.

О том, что в Швейцарии состоялась встреча руководителя независимой антидопинговой комиссии ОКР Виталия Смирнова и канадского юриста Ричарда Макларена, который в конце октября намерен представить новый вариант своего доклада о допинге в России, агентство «Р-Спорт» сообщило вечером в пятницу. Новость тут же подхватили некоторые СМИ, но широкого внимания она все же не привлекла: конец рабочей недели, вечер… В это время у людей, согласитесь, другие заботы и интересы.

Возможно, новость прошла и мимо вас. Поэтому позволю себе привести высказывания самого Смирнова – в изложении корреспондента «Р-Спорт».

«Встреча была полезной, интересной, содержательной. Если бы диалог наш не продвигался вперед, я бы нашу беседу так не охарактеризовал. Диалог вышел, я считаю, более чем позитивный. Встреча еще раз убедила меня, что нужно контактировать и встречаться», - подчеркнул Смирнов, уточнив, что Макларен, оказывается, никогда в России не был и лишь однажды побывал в Русском доме – дело было на зимних Играх-2006 в Турине.

И далее:

«Я ему четко рассказал, что мы делаем, сказал, что у нас просто исключена какая-то государственная линия, политика, вмешательство в это дело. Рассказал ему, что мы решаем вопрос по закону (об уголовной ответственности за склонение к употреблению допинга), практически решен вопрос о независимости нашего антидопингового агентства и лаборатории. Мы начинаем семинар вместе с сотрудниками ВАДА, мы отслеживаем вопросы, связанные с наказанием тех людей, кто был упомянут в списке. По этому поводу я отправил запросы и (министру спорта РФ Виталию) Мутко, и (президенту ОКР Александру) Жукову, и в Паралимпийский комитет России. Мы взяли на себя вопросы оказания помощи паралимпийцам. Это (действия российской стороны) у них (представителей комиссии Макларена) вызвало удивление. "Почему мы об этом не знаем, спросили они. Я ответил, что, наверное, эта информация не находит отклика на страницах их прессы". (В скобках – пояснения корреспондента «Р-Спорт»).

Судя по всему, Виталий Георгиевич действительно остался доволен итогами встречи. Нетрудно предположить, что именно он и был инициатором появления информации о ней - в ином случае о переговорах в Швейцарии (видимо, в Лозанне) мы не узнали бы: Смирнов предпочитает свои действия не афишировать. И если бы не недавнее заседание Президентского совета по спорту, где он выступал, широкая общественность в России вообще не была бы в курсе того, чем занимается его антидопинговая комиссия.

Макларен со своими помощниками, оказывается, тоже не в курсе – того, что происходит в России. И это представляется мне в высшей степени странным. Провести расследование ему поручили в конце весны, уже давно. Пытались ли наши спортивные власти после этого навести хоть какие-то мосты с канадцем и его командой, доклад которой может привести к новым санкциям и, вероятно, к отстранению России от Игр-2018 в Пхенчхане? Писали ли Макларену письма - чтобы объяснить, что мы предпринимаем? Посылали ли документы – которые свидетельствовали бы в нашу пользу? Что вообще предпринято министерством спорта и ОКР?


Ричард Макларен до встречи с Виталием Смирновым был не в курсе мер, принятых в России с целью борьбы с допингом. Фото: Twitter
Ричард Макларен до встречи с Виталием Смирновым был не в курсе мер, принятых в России с целью борьбы с допингом. Фото: Twitter

Мне ответят: пытались, писали. Когда ВАДА поручила Макларену готовить доклад, ему было направлено приглашение посетить Россию. Сам он, правда, утверждает, что никакого приглашения не было, но это, скорее всего, не более чем лукавство: просто не хотел встречаться с нашими спортивными чиновниками, которые, по его мнению, себя дискредитировали.

А со Смирновым встретился. Вроде бы, они даже нашли общий язык. Но – не поздно ли?

Нам, конечно, повезло, что у России есть этот блистательный спортивный дипломат и политик. Человек, пользующийся непререкаемым авторитетом в олимпийском мире. Когда-то Смирнов боролся с бойкотом Олимпиады-80, и его вклад в успешное проведение московских Игр трудно переоценить. Потом он выступал против другого бойкота – Игр в Лос-Анджелесе. Его высоко ценил Хуан-Антонио Самаранч. Мало кто знает, что Смирнов мог стать президентом МОК. Да-да, был реальный шанс.

Только вот ему скоро 82. Те, кто смотрел трансляцию заседания Президентского совета, видели, что Виталий Георгиевич прикладывал ладонь к уху: слышит он не очень. Годы все чаще напоминают о себе.

Но что поделать, если вдруг выяснилось, что Смирнов – незаменимый, даже несмотря на возраст?

При этом все последнее десятилетие, если не больше, наши спортивные вожди, завидуя и знаниям его, и опыту, старались держать его на расстоянии - от себя и реальной работы.

Смирнов – человек гордый. В ответ сам старался держаться от них подальше.  Тем более что об иных наших начальниках от спорта и их талантах он, мягко говоря, не самого высокого мнения.

Так и продолжалось бы, если бы президент Путин не предложил ему возглавить антидопинговую комиссию. По сути, стать спасателем. Но на то, чтобы войти в курс дел, досконально разобраться в ситуации, понадобилось время.

Которое вообще-то сейчас – на вес золота. И, скорее всего, упущено.

По слухам, уже после встречи со Смирновым тот же Макларен вместе с главой ВАДА Крейгом Риди побывали в штаб-квартире МОК, где их принял Томас Бах.

Вот бы узнать, о чем они говорили?