СССР: филателистов к ответу!
Футбол

СССР: филателистов к ответу!

В «Спортфакт» попал огромный архив газет первой половины XX века. Мы продолжаем знакомить вас с самыми интересными публикациями. Чтобы вы тоже убедились: как будто о современном спорте написано!

Daily Mail, 9 июля 1950 года


Наш специальный корреспондент Квинси Промес из Москвы.


Очередные удивительные вещи происходят здесь, за «железным занавесом». В последние дни все советские люди забыли даже о «деле космополитов», поскольку появилась новая мишень для «праведного народного гнева» - филателисты. Коллективное письмо о разгоне их сообщества и наказании виновных подписало уже более шестисот тысяч граждан Советского Союза!

Напомню подоплеку дела. В июне в Париже проходил очередной европейский конкурс коллекционеров марок. В нем приняли участие и филателисты из СССР, прошедшие первоначальный предварительный отбор, на финальном этапе которого они каким-то непостижимым образом сумели представить свои собрания так ярко и находчиво, что убедили оценивавших их шведских экспертов.

Но на самом Евро-саммите дело у советских конкурсантов прогнозируемо не пошло. Да и как оно могло пойти, если оперировали они лишь домашними образцами – пыльными, старомодными, вытащенными откуда-то из эпохи военного коммунизма. У здешних собирателей, как всем известно, практически нет возможности пополнять свои коллекции за рубежом, они варятся исключительно в собственном соку, что и сказывается на одном крупном международном форуме за другим.

Попытки руководства делегации компенсировать это обстоятельство правильными раскладами марок и их выгодным представлением во время самого ивента закончились полным фиаско. Доморощенные, зазубренные и проштемпелеванные ужасными грязно-фиолетовыми чернилами образцы ложились косо, в каком порядке их ни клади, а напор и характер вялых обладателей сих сокровищ могли убедить только нашего старикана Ходжсона, бывшего одним из членов Главного жюри. Ну, с Ходжсоном-то давно все понятно.

В общем, дело закончилось катастрофой. Реакцию в стране победившего социализма вы можете себе представить: начался такой всеобщий вой, как будто криворукие филателисты – единственный недостаток образцового общества. С гневным обличением, как водится, выступили все – от кандидатов в члены ЦК до домохозяек.

С гневным обличением, как водится, выступили все – от кандидатов в члены ЦК до домохозяек.
С гневным обличением, как водится, выступили все – от кандидатов в члены ЦК до домохозяек.


А юные пионэры из кружка филателистов Хацапетовки, обладающие аж пятнадцатью марками каждый, объявили о своем желании вызвать участников проваленного конкурса на филателистическую дуэль и порвать их, как бобик тряпку, исключительно за счет безупречного знания текста песни «Взвейтесь кострами, синие ночи!».

Впрочем, все бы, наверное, закончилось обычными в подобных случаях мерами: отстранением от работы и парой тюремных сроков для руководства делегации плюс партбилетами на стол для кураторов из ЦК, но тут, словно по заказу, всплыли пикантные фотографии из парижской брассери.

Оказывается, сразу после бесславного поражения два известных советских филателиста, Фингалов и Пофигистов, позволили себе зайти во вражеский бар и взять там по паре кружек недешевого пива. Более того – их там признали, включили на все заведение «Интернационал» (какое глумление над высшими человеческими идеалами!), и угостили ящиком самого дорогого эля.

Для нормального цивилизованного человека в цивилизованном сообществе казалось бы – ну и что здесь такого? Люди проводят свое свободное время, как хотят, они же никого не грабили и не убивали. Да они вообще никого не трогали.

Но в обществе, пронизанном так называемыми идеями марксизма-ленинизма, поступок Фингалова и Пофигистова немедленно был объявлен восьмым смертным грехом. Как?! Они не смогли удержать в своих ручонках гордое знамя советской филателии и после этого, вместо того, чтобы каяться, каяться и еще раз каяться, приползать на коленях, дабы вымолить прощение у рабочего класса, трудового крестьянства и советской интеллигенции, посещают вражеские злачные места?! Моральных разложенцев к позорному столбу!

Сразу после попадания фотографий на страницы советских изданий оба «предателя Родины» были разжалованы на своей основной работе и сосланы в трудовые лагеря. Не помогли даже выдавленные из себя покаянные речи. А по стране прокатилась волна привычных собраний, одно возмущеннее другого.

Так токарь Гигиенишвили заявил, что «подлецы, провалившее задание Родины, заслуживают исключительно расстрела». Когда у него в ответ спросили, а что делал он, когда запорол намедни целую партию деталей, виртуоз станка гордо ответил, что не пошел после этого в пивную, а взял пару чекушек и заперся дома, чтобы его никто не видел. Так, мол, и должен поступать настоящий советский человек.

Еще ярче выступила раздатчица системы общепита Озимая, пламенно негодовавшая по поводу «заражения сифилитиками огромного количества советских людей». Но после резонного вопроса: «А причем тут сифилитики?», Озимая смутилась, призналась, что перепутала их с филателистами, и продолжить выступление уже не смогла.

Отметились, естественно, и акулы пера. Так, придворный обличитель, тезка самого Первого секретаря Политбюро Иосиф Пернатов так пригвоздил «главных виновников» парижского фиаско в своем привычном тяжеловесном стиле, что стало сразу понятно: Фингалов и Пофигистов расплатятся за пару кружек импортного пива по самой полной программе.

Не отстали, само собой, и некоторые профильные обозреватели. Они-то, конечно, прекрасно понимали, в чем главные причины французского фиаско, но приложить козлов отпущения в угоду разбушевавшемуся пиплу – это же так актуально и, самое главное, так выгодно!

Но, несмотря на то, что эти самые козлы отпущения были вроде бы найдены и пущены на ощип, всеобщий гнев не остывал. Редакции оказались засыпаны письмами доярок, кочегаров, заслуженных артистов Коми-Пермяцкого национального округа и торговых работников всех мастей. Подключились даже безродные космополиты, почувствовавшие возможность перевести стрелки с себя, любимых. Воспрянул было и бывший член Политбюро товарищ Вознесенский, но был быстро расстрелян.

Филателисты оказались главными врагами народа. Собранные их усилиями дорогие коллекции объявлялись буржуазными пережитками, конфисковывались и уничтожались. Слово «марка» стало опасным для употребления – одного из товароведов города Урюпинска арестовали за то, что он спросил у первого секретаря горкома: «Какую марку вы предпочитаете?», имея в виду всего лишь пиво. Хотя, наверное, и поделом – марки-то бывают только у ненавистного теперь всем иностранного пива.

Ну, а апофеозом массового помешательства стало то самое коллективное письмо, с которого я начал заметку. Более шестисот тысяч человек выступило за то, чтобы общество филателистов, обеспечивавшее поездку оконфузившейся делегации в Париж, заклеймить и распустить.

Не ломайте голову, мои дорогие читатели, пытаясь понять логику подписантов. Понять то, что напрочь отсутствует, невозможно. Логику советским людям заменяет классовое чутье и солидарность трудящихся, которых у вас, в загнивающем империалистическом обществе, нет и быть не может.

Разогнать то, что не имеет постоянного состава, ничего не производит и не зарабатывает, и даже не действует в промежутках между форумами, подобными парижскому, это так по-пролетарски, что вам, «тупым капиталистам», не постигнуть подобного никогда!

Источник: http://www.sportfakt.ru/