Секреты доктора Авраменко
Остальные

Секреты доктора Авраменко

Обозреватель «Спортфакта» Владимир Гескин встретился со знаменитым спортивным врачом и установил личный рекорд
Век живи – век учись. Слушай. И удивляйся.

Вот я как раз слушаю – и удивляюсь тому, что мне рассказывает спортивный врач Василий Авраменко. Доктор наук, профессор, начальник отделения традиционной медицины Врачебно-спортивного диспансера ЦСКА.
Спортивный врач Василий Авраменко. Фото: Twitter.com
Спортивный врач Василий Авраменко. Фото: Twitter.com


Авраменко – человек знаменитый. Но, скажем так, в узких кругах. В мире спорта – безусловно. Сам он никогда не подсчитывал, сколько его пациентов стали олимпийскими чемпионами, но это сделали его внуки: получилось больше пятидесяти. Как теперь модно говорить – внушает. Частые гости в его кабинете и те, кого принято называть важными людьми, - политики, бизнесмены, деятели искусства.

А вот журналисты – гости редкие. Не то чтобы у Авраменко был на них зуб. Просто отвлекают от главного дела его жизни – лечить людей.

Так что, получается, мне повезло, что оказался в его кабинете. Интервью, правда, то и дело приходится прерывать. Пришла новоиспеченная олимпийская чемпионка Рио, теннисистка Катя Макарова (Авраменко потом расскажет, что она уже побывала у него несколько дней назад – принесла огромный букет роз, штук семьдесят), чуть позже появилась жена Шарунаса Марчюлениса – красавица Лаура (специально приехала к любимому доктору из Испании), потом позвонила знаменитая прыгунья в высоту Анна Чичерова…

(Забегая вперед: в итоге это интервью – со всеми перерывами – продолжалось около пяти часов. Личный рекорд.)

У Волкова после 20 дней голодания были мозги неземного человека


У Авраменко – миллион историй, большинство из которых кажутся абсолютно невероятными. Вот одна такая – про баскетболиста Александра Волкова, олимпийского чемпиона Сеула-1988. Слушайте:

«Саша Волков тогда играл за «Атланту Хоукс» и получил травму позвоночника, сильнейшее ущемление седалищного нерва. И у него повисла стопа. Такая же травма была у хоккеиста Жлуктова. Так Виктор за веревочку ее подвязывал и рукой поднимал, только так и мог ходить.  А Волкову предлагают новый контракт, многомиллионный. Он звонит мне: мол, в Европе настаивают на операции, в Америке – то же самое, но, может, все-таки без хирургического вмешательства обойтись?

Я изучил кучу книг, поднял всю традиционную медицину - на несколько веков вниз. И нашел.

Там было написано: провести 21 день на воде, ничего не есть. Сказал об этом Волкову. Он решил, что будет голодать 33 дня, один день на воде, второй вообще сухой. И я прилетел в Атланту весь этот процесс контролировать.

Ну, первую неделю мы с Сашей ходили на рыбалку, там речка неподалеку. А потом… Володя, у меня где-то фотография есть: был парень-красавец весом 110 кило – осталось 68. Как палка. После 20-го дня - уже мозги неземного человека. Одни глюки в голове. Пошел в туалет – упал, лицо разбил, швы накладываем. У его жены Аллочки в глазах паника: что вы наделали, это какой-то получеловек – полунечеловек. Ничего земного… ноль…

А в той рекомендации, которую я нашел, было написано: потерять 30 процентов массы тела и дать мощную электростимуляцию на зону, где придавлены корешки, тогда стопа заработает. В одном новосибирском НИИ заказали нужную технику. После 33-го дня сделали электростимуляцию – и все, стопа заработала. Но потом Саша еще 33 дня выходил из голодовки. Чтобы все это вытерпеть, нужна фантастическая сила воли. И вера. Поразительный человек!»

Сабонис орал на всю Олимпийскую деревню


Перед тем, как пойти дальше, объясню, откуда он, Авраменко, взялся. Из деревни Марковка в Луганской области. Василий Антонович с гордостью рассказывает, что метрах в семидесяти от них был дом, где провел детство будущий маршал Андрей Еременко. И футболист Сергей Семак – оттуда же, марковский.


Биография Авраменко такова. В 17 лет поступил в Луганский мединститут. Отучился четыре года, перевелся в Самарскую военно-медицинскую академию. После окончания оказался в Польше – назначили начмедом бригады связи, располагавшейся в Зелена Гуре. Возникла мечта стать спортивным врачом. В то время такую специализацию лучше всего преподавали в Тартуском университете. Написал ректору – и через месяц получил сообщение, что зачислен. Комбат Вальков отпустил на свой страх и риск, сказал: «Если что – прикрою». Хороший был человек, прикрывал целый год. А когда диплом спортивного врача оказался у Авраменко в руках, он отправился в ЦСКА, где главврачом был знаменитый Олег Белаковский.

Вот с этого карьера моего собеседника в ЦСКА и началась.

Я спросил Авраменко, сколько на его счету Олимпиад. Он ответил:

- Чистых семь - и грязных четыре.

- Что значит «грязные»?

- Где я готовил людей, но они (или я сам) по тем или иным причинам на Олимпиаду не поехали. Первая - в 1984 году, когда объявили бойкот. Потом были Атланта и Афины: я работал с ребятами из разных видов спорта, но сам на Игры не полетел. Ну, и сейчас был форс-мажор в Рио, ведь я помогал легкоатлетам…

Получается, первая «чистая» Олимпиада Авраменко – в Сеуле-1988. И, пожалуй, самая любимая. Потому что там он был врачом мужской баскетбольной сборной, той самой, которую президент МОК Хуан Антонио Самаранч назвал лучшей командой ХХ века.

Каждому журналисту, которому все-таки удается напроситься к Василию Антоновичу на интервью, он обязательно рассказывает, как носил из олимпийской столовой своим сынкам (в ответ они называли его батькой) завтрак. Дело в том, что матчи у баскетболистов заканчивались незадолго до полуночи, пока приедут в деревню, поужинают, сделают массаж – глубокая ночь. А тренировка – в девять утра: сколько остается на сон? Да к тому же столовая далеко. Вот Авраменко и придумал организовать завтрак прямо в Ленинской комнате нашей делегации. Выносить еду из столовой было категорически запрещено, но благодаря матрешкам и черной икре консенсус был достигнут, и каждое утро доктор делал несколько ходок.

Дополнительные ходки - за льдом для Арвидаса Сабониса. Несколько раз, по 20 кило. У Сабаса (возможно, помните) перед Сеулом было две тяжелые травмы – рвался ахилл. Руководители Литвы были категорически против его поездки на Олимпиаду – настоял сам Арвидас. Но после операций казалось, что набрать боевую форму он не успеет. Сто процентов.

И не набрал бы, если бы не Авраменко. Каждый день, уже в Сеуле, он колдовал над ногой Сабониса по семь часов. Ранним утром усаживал литовца в горячую ванну, а потом в ледяную. То еще удовольствие: говорят, Арвидас орал на всю Олимпийскую деревню. Плюс медовые аппликации. Плюс целебный травяной чай – несколько литров в день. Плюс…

Итог известен: в решающем – полуфинальном – матче с американцами Сабонис сыграл на все сто. Набрал 23 очка, а его визави – знаменитый «Адмирал» Робинсон – только одно.

Та великая сеульская сборная, все ее игроки, для Авраменко до cих пор – сынки. Когда Сабонис прилетает в Москву, первым делом просит отвезти его на Ваганьковское кладбище – к Александру Гомельскому. Долго стоит, разговаривает с человеком, которого считает главным тренером своей жизни. А потом – к Авраменко. Пить чай, как когда-то. Традиция.

В 1988-м, после победы над югославами в финале и церемонии награждения, Марчюленис отдал свою медаль Гомельскому, а Волков – Авраменко. Те не согласились, награды игрокам вернули. И пошли к Сараманчу. Гомельский сказал: «Хуан, а где нам медали? Я эту команду десять лет лепил! Где справедливость?» Самаранч долго оправдывался: таков регламент…

Много лет спустя игроки сами заказали медали. Такие же, как у них самих, но золота на три грамма больше. Гомельского уже не было в живых, награду вручили его сыну Владимиру. Медали получили и Авраменко, и массажист Беляков, и остальные – те, кто внес вклад в победу.

И еще. На двери кабинета Авраменко в армейском диспансере - чеканка на золотой табличке: «Олимпийский чемпион».

Чем ты ближе к Богу - тем больше шансов на победу

Спортивный врач Василий Авраменко. Фото: Twitter.com
Спортивный врач Василий Авраменко. Фото: Twitter.com

Я решил уточнить у Василия Антоновича: а что это такое – традиционная медицина? Он стал объяснять:
- Это прежде всего исторические традиции. Та же апитерапия, когда я применяю для лечения продукты пчеловодства. Это народная медицина. Это всякие травки. Кроме того, я занимаюсь спортивными травмами – переломами, повреждениями спины и опорно-двигательного аппарата. Лечу сердечно-сосудистую и иммунную системы, чтобы организм после запредельных спортивных нагрузок мог восстановиться в кратчайшие сроки. Разработал свой собственный, уникальный метод…

- Какой?

- А вот это секрет.

- Почему?

- Потому что я не хочу, чтобы о нем узнали наши спортивные соперники. Это наше, российское преимущество в конкурентной борьбе. Знают те, кому нужно знать.

Тренер может поставить технику, но даже самый гениальный тренер не всесилен. Забота о функционалке спортсмена - чтобы и сердце, и мышцы, и стопа, если идет речь о прыгунах, были максимально заряжены, - это вопрос медицинский. Мой.

Еще лет сорок назад, в конце 70-х – начале 80-х, я стал размышлять о том, как в спорте обойтись без допингов, разных там анаболиков. И кое-что придумал. Точка!..

Тем более, есть в арсенале Заслуженного врача России и еще одно, не менее действенное и мощное средство. Слово. Божие. Авраменко считает, что добиваются наивысших результатов прежде всего глубоко верующие спортсмены. Потому что Бог сам выделяет их среди остальных – и награждает. За Веру. За Труды.
Прекрасно понимаю, что, углубляясь в эту тему, могу столкнуться и с непониманием, и с отторжением. Обязательно найдутся те, кто сочтет все это кликушеством и шарлатанством.

Ну и пусть говорят, что хотят. Главное, средство это – по крайней мере, в случае с Авраменко – работает.

И к тому же я знаю еще как минимум одного человека, который придерживается той же, что Василий Антонович, точки зрения: чем ты ближе к Богу, чем глубже твоя вера - тем больше у тебя шансов на победу. Этот человек – великий прыгун в длину и замечательный тренер Игорь Тер-Ованесян. Стоит прислушаться.

Бубка над планкой слышит голос: «Ты хотел эту победу – ты ее заслужил, бери!»


Вот вам абсолютно точная запись рассказа Авраменко, чтобы не было сомнений, что автор интервью что-то придумал:

«Лет 20 назад я первый раз попал на Афон и добрался до самого почитаемого старца на Земле - грека Папаяниса. Он еще в молодости туда пришел, а сейчас ему под 95. И он там 70 лет молится по 20 часов в сутки каждый день. Пол каменный. И я видел на полу отверстия сантиметра в три – это он пальцами камень проточил. Так вот, Папаянис - гений. Он веками читает назад и веками читает вперед. И никаких там интернетов, ничего. Только Библия, Евангелие, старые книги. На мой вопрос: откуда ваши знания, он кулак сжал и объяснил, что это земной шар, а вокруг него - огромный поток информации. Принять эту информацию, проанализировать, использовать – это Божий промысел. Кому он дает, кому нет.

И вот первый раз, когда я к Папаянису попал, он так минутки три на меня смотрел и говорит: доктор-мирянин, передай своим олимпийцам, что у Господа на весах все золото всех Олимпиад. И все это золото легче, ниже, слабее, менее ценно, чем одна слеза искреннего покаяния в своих грехах. И тут же, Володя, старец добавил: еще передай своим олимпийцам, что в финалах ваших встречаются равные люди. Доли секунд, миллиметры, сантиметры, мяч или шайба, удар в штангу, мимо или гол решают не великие тренеры или судьи, а Господь, который на построении перед финалом смотрит – и одаряет каждого по чистоте его и святости души. То есть, тренируя мышцы спортсмена, и тренер, и ты, доктор, именно душе должны, в первую очередь, уделять внимание».

С тех пор доктор Авраменко о словах старца ни на секунду не забывает. И готов приводить и приводить примеры того, как Вера помогала спортсменам в самую тяжелую минуту.

Вот Сергей Бубка, человек набожный (и, кстати, тоже луганчанин) просит поднять в Сеуле планку на высоту 5,90, и в первых двух попытках ее сбивает, потому что ему мешает сильный встречный ветер. А когда он в третий раз начинает разбег, то ветер вдруг меняется на тихий, попутный, и уже над планкой Сергей слышит голос: «Ты хотел эту победу – ты ее заслужил, бери!»

Или вот выступает на Играх в Сиднее прыгун в высоту Сергей Клюгин, которого никто ни в одном прогнозе чемпионом не называл. Но сразу же после его успешного прыжка начинается страшный ливень, так что больше никому хотя бы повторить результат Сергея не удается, и у него золото. Случайность? А может, как уверен Авраменко, Божий промысел?

Или же – Олимпиада в Лондоне, где в прыжках в высоту победила Анна Чичерова. Рассказывает Авраменко: «Аня перед финалом всю ночь не спала, молилась. Потом мы уехали на финал, она выиграла, после финала много времени провела на допинг-контроле. Еще с Болтом фотографировалась… Наконец, вернулись в Олимпийскую деревню, зашли в ресторанчик, покушали. А когда оказались в нашем корпусе, Аня и говорит: «Батька, зайдем на минутку ко мне». Они все меня по-прежнему батькой называют. Я говорю: «Пойдем, дочка». Мы пришли в ее номер. Она поднимает подушку, а там письмо Богу, которое она написала, когда всю ночь молилась. Уже заранее благодарила Бога за победу».  

Духовные дети: Сабонис, Фетисов, Бубка, Чичерова, Клишина...


Среди спортсменов, прошлых и нынешних, да и не только спортсменов, есть те, кого Авраменко называет своими духовными детьми. Это - самые близкие ему, единомышленники.

Я спросил у доктора: кто они, его духовные дети? Вместо ответа Авраменко показал мне настенный календарь, на обложке которого – несколько десятков портретов. Всех, кто изображен, перечислять не буду, слишком долго, но некоторых назову.

Арвидас Сабонис, Сергей Тараканов, Римас Куртинайтис, Шарунас Марчюленис, Вячеслав Фетисов, Сергей Бубка, Евгений Плющенко, Сосо Павлиашвили, Александр Волков, Сергей Семак, Андрей Сильнов, Вальдемарас Хомичюс, Игорс Миглиниекс, Тийт Сокк, Валерий Тихоненко, Евгений Артюхин, Татьяна Лебедева, Анна Чичерова, Елена Слесаренко, Татьяна Чернова, Ольга Солодуха, Дарья Клишина, Екатерина Макарова, Светлана Абросимова, Татьяна Овсиенко.

Василий Авраменко и фигурист Евгений Плющенко
Василий Авраменко и фигурист Евгений Плющенко

Повторю, список, на самом деле, куда больше. Тут и баскетбольная сеульская сборная, и легкоатлеты (это тоже давняя любовь, с ними Авраменко работает несколько десятилетий), и даже певцы. А вот хоккеистов всего двое – Фетисов и Артюхин, хотя доктор помогал в сборных и Тихонову, и Юрзинову, и Дмитриеву.

Я спросил: а что же хоккеистов так мало?

Авраменко, кажется, сам удивился. Задумался. Потом ответил: «Нельзя объять необъятное. И, видимо, не оказалось у нас той – необходимой – близости».

Фетисов, по рассказам Авраменко, человек очень набожный, и Господь не раз спасал его в самых сложных жизненных ситуациях. Великий хоккеист и сам однажды летал на Афон - и после этого признавался, что ходит в миру, как в тумане. Именно тогда он решил вновь выйти на лед – в матче ЦСКА и СКА.

А совсем недавно на Афоне вместе с Авраменко побывал прыгун в высоту Андрей Сильнов. Тот самый, который сейчас выдвинул свою кандидатуру на пост президента легкоатлетической федерации.

Вот рассказ Авраменко:

- С месяц назад, когда Сильнов узнал, что я отправляюсь на Афон, спросил: а можно с вами? Почему нет? Ну вот, прилетели, поднялись к старцу. Папаянис посмотрел на Андрея и говорит: у тебя, мол, очень чистая голова, очень светлые мысли. У тебя двое деток уже есть, и еще трое будет.

- Не напророчил, что Сильнов станет президентом ВФЛА?

- Он как-то по-другому сказал: ты заканчивай свою спортивную карьеру, пора. Тем более, у тебя правильные мысли о новых трудах…

- А соперница Сильнова на выборах – Елена Исинбаева?

- Она – кума. Елена – крестная мать Саши, дочери Татьяны Лебедевой. Я – крестный отец.

О своих духовных детях и их делах Авраменко может говорить бесконечно. О Сабонисе, который жертвует миллионы в Литве - на строительство стадионов, детских спортивных школ, бассейнов. О том, как Лебедева и Слесаренко подарили самому бедному детскому саду в Волгограде замечательный спортивный городок.

А вот рассказ про Анну Богданову из Питера, которая весной 2009-го стала чемпионкой Европы в легкоатлетическом пятиборье:

«В легкой атлетике, тем более в многоборье, нет таких контрактов, как в футболе или хоккее. Аня зарабатывала, можно сказать, копейки. Поэтому мы с ней выработали другую тактику. Она шесть дней трудится, а седьмой день, как положено, дарит Богу. С утра - в храм на службу. А  после обеда… Она нашла по моему предложению в Питере самый бедный дом престарелых. И эта девочка, красавица, блондинка, точеное тело, там мыла полы, посуду, кормила стариков, ухаживала за ними, общалась, спрашивала, в чем они нуждаются. Благое дело. И, уверен, Аня вовсе не случайно выиграла Европу. Так не бывает – чтобы случайно».

Я, естественно, не мог не спросить: что же, по мнению Авраменко, произошло в Пекине-2008 с одной из его духовных дочерей - Анной Чичеровой (когда мы разговаривали, еще не было известно, что МОК аннулировал не только пекинскую бронзу Ани, но и четвертое место Лены Слесаренко: у обеих при перепроверке проб нашли запрещенные вещества). Последовал мгновенный ответ:

«Володя, мое мнение – это политика, на сто процентов, на двести. Я хорошо помню эту ситуацию. Перед Пекином Аня выступает на соревнованиях, проходит контроль. Чистая. Только приехали в Пекин – сразу на допинг-контроль. Чистая. После квалификации – опять чистая. И после финала, когда Чичерова завоевала бронзу – все то же самое.  
И вот, Володя, проходит восемь лет, и говорят: у вас, Анна, по новой технологии обнаружили следы допинга. Но ведь до сих пор в мире нет научных работ, посвященных тому, что за этот срок происходит с мочой. Заморозили – это одна реакция. Через восемь лет лед разморозили – другая реакция. Как можно делать выводы? 200 процентов – политика!»

Вместо послесловия


Материал у меня получается большой, такие у читателей сейчас не в моде. Пора подводить черту. А сколько не уместилось!

Нужно было бы целую главку посвятить Евгению Примакову, который многие годы был пациентом и другом Василия Антоновича. Тому, как благодаря Евгению Максимовичу несколько духовных детей закончили Дипломатическую академию. И – особо – последней встрече Примакова и Авраменко, когда знаменитый российский политик был уже неизлечимо болен...

(И, кстати, Юлия Тимошенко тоже обращалась за исцелением к Авраменко – во времена, когда премьерствовала на Украине).

Еще одну главку стоило бы посвятить родителям моего героя, потому что увлечение народной медициной – как раз от них. У отца была пасека. Мать была великим знатоком целебных трав…

Третью главку, четвертую…

Но все это, видимо, уже в следующий раз. Если, конечно, Василий Антонович вновь согласится на интервью.