Календарь Гескина. "Игрочина, каких Москва не видела"
Футбол

Календарь Гескина. "Игрочина, каких Москва не видела"

Ровно сто лет назад родился великий футболист Григорий Федотов


Он завершил свою блестящую карьеру в 1949-м, без малого 70 лет назад. Тех, кто играл рядом с ним, давно нет, как и большинства других, которым посчастливилось видеть его на поле. Зато жива память - о гении (Николай Старостин называл его Шаляпиным российского футбола), когда-то, весной 1916-го, родившемся на подмосковной земле. В поселке Глухов Богородского уезда. Это теперь Ногинский район.

Судя по восторженным воспоминаниям его современников, он и впрямь был гением. Пусть эти люди - и их книги - вам о Федотове и расскажут.

Николай Старостин вспоминал, что первым о молодом игроке ему сообщил Константин Блинков. Сказал так:

«Коля, друг, найден игрочина, каких Москва не видела. Этот малый из Ногинска утрет нос всем нашим атаманам. С первого взгляда видно, что игрок от Господа Бога. Фамилия Федотов. Словами не расскажешь. Приходи, увидишь. А когда увидишь, то спать не будешь, пока в «Спартак» не перетянешь. Я заприметил его еще осенью, но, конечно, молчал, а сейчас он на левом краю «Металлурга»… чудеса творит».

Тот же Старостин:

«Достаточно мне было увидеть Григория,.. как я с первого взгляда понял, что это незаурядный игрок. На тренировке он меня покорил, после игры я им бредил. Если меня спросят, кто лучший в советском футболе, отвечу: Григорий Федотов...

Чего, например, стоил первый гол непобедимым баскам, забитый им так, что и сейчас не верится. Мяч непостижимо влетел в ворота с самой лицевой линии. Вот и верь после этого, что резаный удар «сухой лист» изобретен в 50-х годах в Бразилии. На двадцать лет раньше им владел Григорий Федотов».

И еще:

"Не в том дело, что он забивал имевшие дорогую цену голы, и даже не в том, что, наблюдая за ним, нельзя было не испытывать эстетического удовольствия. Федотов надолго предвосхитил футбол будущего, внес в игру столько нового, сколько не снилось самым прозорливым тренерам.

Еще в довоенное время он с безошибочной разумностью, непринужденно действовал согласно требованиям обстановки, умел сыграть либо индивидуально, либо строго в командных интересах. С ним все партнеры играли хорошо, во всяком случае, лучше, чем в его отсутствие. Он быстро подмечал, кто в чем силен. Если, скажем, у его товарища уверенный удар с правой ноги, можно было не сомневаться, что Федотов откинет ему мяч под эту ногу. В пору жестких тактических схем наперекор общепринятому он со своего левого фланга уходил и в центр, и направо - как ему подсказывала интуиция.

…Он первым в нашем футболе начал забивать мячи головой в нападении. Стал постоянно пользоваться резаными ударами... У него был оригинальнейший бег, он бежал не выпрямляясь, а как бы приседая, и, чем более всего обескураживал защитников, неуловимо менял скорость: разгонится, приостановится и снова рванется".

А вот мнение другого Старостина, Александра:

Впервые я столкнулся с Федотовым весной 1936 года на матче «Спартак» — «Металлург». Он еще не чувствовал себя полноправным, уступал мяч своим прославленным партнерам, но… доставил, мне, защитнику «Спартака», много неприятных минут, а я ведь был уже искушенным «волком». Несмотря на бдительную опеку, Федотов в неповторимом прыжке забил мяч в наши ворота.

«Гриша!» Так ласково звали его все - от юнцов до бородачей (Еще почему-то звали Сидором. - Прим. В.Г.). Федотов сразу стал всеобщим любимцем. До предела скромный, с открытым русским лицом, с чарующей улыбкой - таким Гриша останется в памяти своих друзей и почитателей.

Никогда и никто не видел, чтобы Григорий Федотов умышленно грубил. А ведь против него всегда играли жестко, если не сказать больше. «Держите Федотова!» — вот чего требовали от защитников. Но не было защитника, который мог бы один «закрыть» его. Опекуну всегда давали кого-нибудь в помощь. И все же, несмотря на преграды, Федотов либо сам забивал гол, либо создавал такую возможность партнеру.Он не играл «на себя», он не был спортивным эгоистом и не гонялся за личной славой. Она сама его нашла.

Как живой стоит Григорий перед глазами. Вот он, расслабившись до предела, не обращая внимания на игру, нехотя передвигается по полю. Не верьте этому безразличию! Федотов зорко следит за игрой и уже готовит для себя выгодную позицию. И вдруг мяч попадает к нему. Как преображается человек! Куда девалась вялость! Григорий — весь порыв! Мяч у него, но он на него не глядит — он его чувствует, он смотрит на партнеров и решает, почти всегда безошибочно, что делать. Я не помню случая, чтобы Федотов отдал мяч «просто так». Его передачи были всегда осмысленны. Он всегда находил брешь в защите противника".

Знаменитый спартаковский вратарь Анатолий Акимов:

"Гриша мне казался особенно опасным, когда готовился, нагнув корпус, произвести свой коронный удар с полулета при фланговых передачах. Мало того, что такой прием исполнял только он один, но важно отметить и другое – вратарям практически было невозможно предугадать, куда полетит мяч после подобного удара…»

И, наконец, еще одно мнение - не менее великого Всеволода Боброва, которого тренер-новатор Борис Аркадьев поставил в ЦДКА в пару к Федотову, создав знаменитый "сдвоенный центр":

«В дни, когда я пришел в команду новичком, он уже был человеком громкой славы. Он заражал всех своим трудолюбием, своей страстью к труду, к каждому, пусть даже не очень веселому упражнению. Григорий Иванович взял себе за правило после напряженного коллективного занятия лично работать над ударами. Особенно он любил, чтобы кто-нибудь из нас набрасывал ему мяч, и он с лета производил коронный федотовский удар. Он бил подряд пятьдесят, сто, сто пятьдесят раз, и почти каждый мяч заканчивал свой стремительный полет в сетке".

***



Свою профессиональную карьеру (хотя в те времена оба этих слова - "профессиональная" и "карьера" - были, мягко говоря, не в чести) Григорий Иванович начал в "Металлурге", созданном при московском заводе "Серп и Молот". Но уже в 1938-м был приглашен в ЦДКА, где и играл, пока из-за травм не был вынужден повесить бутсы на гвоздь.

Он был трехкратным чемпионом страны и дважды - серебряным призером. Дважды поднимал над головой Кубок СССР, а финал-1944, который армейцы проиграли, провел с переломами малых берцовых костей обеих ног (как это возможно - не представляю, но так было). Первых из наших футболистов забил 100 голов, а всего на его счету в чемпионатах страны 132 мяча в 165 матчах (результат фантастический - даже с учетом того, что футбол тогда был иным).

Гений - что тут скажешь…

Закончив играть, Федотов остался в ЦДКА - вторым тренером. Глубокой осенью 1957-го был командирован в Тбилиси - просматривать молодых игроков. Туда и пришла телеграмма, что со своей должности он снят.

После этого Григория Ивановича несколько дней не могли найти. Разыскивать его принялся Николай Старостин, приехавший в Тбилиси, чтобы предложить Федотову должность главного тренера "Спартака". Он нашел великого футболиста в его комнате - без сознания. Врачи определили тяжелую форму гриппа.

Федотова перевезли в Москву, но - не спасли. Он умер в своей квартире, принимая ванну.

Ему шел 42-й год. Жить бы и жить…

Источник: http://www.sportfakt.ru/