Боксерские истории Беленького. Насильник и хулиган. Часть 2
Бокс

Боксерские истории Беленького. Насильник и хулиган. Часть 2

Обозреватель «Спортфакта» Александр Беленький в своей рубрике продолжает рассказывать о занимательных историях из мира бокса.

Продолжение. Первая часть материала.



Мне очень хотелось увидеть и Варгаса, и Майоргу до всех официальных мероприятий, но как-то все не получалось. Насколько я помню, они жили в разных отелях. Майорга – в том же, что и я, а Варгас – в каком-то другом. Селить их в одном было бы опрометчиво, потому что первая же их встреча в коридоре закончилась гибелью одного из них, а может, и обоих, и, таким образом, отменой официального поединка и потерей больших денег, а этого Дон Кинг позволить не мог. Не для того он вытаскивал Майоргу из тюрьмы.

Варгас на время продолжавшейся несколько месяцев раскрутки боя выбрал духовно близкое ему и знакомое нам по многочисленным вестернам амплуа молчаливого невозмутимого мексиканского bandido, чье каменное лицо абсолютно неподвижно, а первая скупая улыбка озаряет его только после какого-то особенно ловкого убийства двадцатой жертвы. Однако Варгас явно не очень рассчитал, с кем ему придется иметь дело.

Майорга же выбрал то единственное амплуа, в котором он только и мог работать – амплуа Майорги. Везде и всюду он обещал сделать с Вагасом и всей его семьей то, что когда-то президент Беларуси Лукашенко обещал сделать со своим парламентом – перетрахать. Это Варгас выносил презрительно стоически, но на какой-то пресс-конференции Майорга полез в драку. Они успели здорово схлестнуться, прежде чем их разняли, причем Майорге досталось больше. Интерес к матчу взлетел до небес, но больше никто ничего подобного не хотел. Ярость тут с обеих сторон была слишком настоящая, не постановочная, и последствия такой стычки могли быть абсолютно любыми. Вот Майоргу и Варгаса и разводили по разным углам, отелям и городам, когда это было только возможно. Короче говоря, увидеть их вместе светило только на взвешивании, но хотелось посмотреть хоть порознь.

Варгаса я так и не увидел, а вот с Майоргой встретится пришлось, причем совершенно неожиданно.

Мне понадобилась какая-то мелочь, вроде батареек для фотоаппарата или фломастера, и я пошел в ближайший супермаркет. Там-то я и увидел Майоргу. Он стоял между стеллажами с видом человека, который забыл, зачем он пришел в магазин. Жена что-то просила купить, но что? Народу было мало, в основном женщины, и его никто не узнавал. И тут пара ребят-мексиканцев из обслуживающего персонала все-таки его увидели. Тут же по супермаркету был кинут какой-то боевой клич, и со всех сторон к Майорге устремились люди, в основном все те же работники-мексиканцы. Все хотели взять автографы и искали подходящие для этого листки бумаги или открытки.

Я не собираю автографы, но тут решил взять, раз представилась такая возможность, и подошел к этому радикально: достал из бумажника пару долларов и протянул их Майорге, что-то сказав при этом. Сразу стало ясно, что он не понимает ни слова по-английски. Он только грустно и несколько недоумевающе посмотрел на меня. Я протянул ему фломастер, за который еще не заплатил (да, точно, я пришел в магазин за фломастером, брать фотоаппарат в Лос-Анджелес я посчитал излишним), он понял и расписался на обоих долларах. Один из них, тот, что на фото, до сих пор у меня.

Тот самый доллар с автографом Майорги. Фото из личного архива Александра Беленького
Тот самый доллар с автографом Майорги. Фото из личного архива Александра Беленького

Тут же со всех сторон Майорге протянули доллары, некоторые даже пятерки. Я уже отошел на несколько шагов, и картина, которую я в некотором смысле спровоцировал, со стороны выглядела довольно дико. Майорга все с тем же печальным выражением лица расписался на всех, предложенных ему деньгах. Он, кстати, оказался несколько ниже ростом, чем я думал. Везде пишут, что в нем 175 см. Я на три сантиметра ниже, но он был никак не выше меня.

Я еще какое-то время смотрел на него, недоумевая, где он более настоящий, на пресс-конференциях или вот здесь сейчас. Честно говоря, никогда история с бисексуальным изнасилованием в парке не казалась мне более сомнительной, чем тогда. Впрочем, я к тому моменту прожил уже достаточно много лет, чтобы знать, что это ничего не значит. Глядя на развеселого Дона Кинга, тоже не скажешь, что он в прошлом убийца.

Долгий остаток того дня я провел в компании с Романом Кармазиным и его менеджером Стивеном Бэшем, который покатал нас по городу и завез в том числе в Голливуд. Как человек, чьи интересы в искусстве заканчиваются, за редким исключением, XVII веком, ничего особо интересного я там для себя не нашел. Машины, конечно потрясающие были. Собственно, это было единственное месте в мире, из всех, где я побывал, где машины были в среднем шикарнее, чем в Москве. Причем, на порядок, а то и на два. Не знаю, как сейчас, но тогда особым понтом там были винтажные американские автомобили начала 70-х, так называемые muscle cars (мускулистые машины). Было много детройтского барокко, конца 50-х и начала 60-х. Ну и, конечно, феррари, мазерати, бентли и прочие, уже современные, изыски.

Мимо нашей машины проехал кабриолет 70-х, в котором за рулем сидел ужасно знакомый негр, на ходу дававший интервью двум телевизионщикам, установившим телекамеру на раскоряченной треноге, установленной где-то у заднего сидения. Меня еще поразили их до невозможности подобострастные лица. Они были похожи на маленьких клерков, всегда готовых залиться фальшивым смехом от самой тупой начальственной шутки. Смотреть на это самоуничижение было почти больно. Кому они старались угодить, я так и не вспомнил. Больше надо кино смотреть. А может, еще меньше.

Ну а на следующий день было взвешивание.

То ли там начали чуть раньше времени, то ли я что-то перепутал, но когда пришел – там уже все было в разгаре. Взвешивание проводилось в огромном спортзале, и народу там было хоть отбавляй, причем особенно поразило количество роскошных латиноамериканских теток, явно имевших к боксу и к журналистике такое же отношение, как я к балету и космонавтике. Они быстро ходили из стороны в сторону и их колыхавшиеся красоты сильно, но приятно отвлекали от разворачивавшегося действа. Мужики то и дело встречали глазами очередной роскошный бюст, шедший им навстречу, а потом провожали удалявшийся не менее роскошный зад. Глазам здесь покоя не было. И не только глазам.

Посреди всего этого великолепия на воздвигнутом помосте стоял Фернандо Варгас и являл миру красоту своего тела. Он принимал одну культуристскую позу за другой и вращал глазами. Однако стоило ему хоть на секунду остановить это вращение, как он начинал выглядеть усталым и разочарованным мужиком куда старше своих тогдашних 30 лет. Похоже, надломили его последние неудачные бои с Мозли. Я еще тогда подумал, что не выиграть ему у Майорги.

Никарагуанец был тут же, но пока достаточно тихо стоял в сторонке. Ну, а потом началось самое интересное. Каждого из них с большим эскортом поочередно вывели к весам. Они оба показали равный вес. Как сейчас помню – 164 фунта (74,3 кг), после чего их поставили по разные стороны стеклянной и, надо думать, пуленепробиваемой перегородки, у краев которой стояли здоровенные мужики, в любой момент готовые выйти на перехват, если Фернандо с Рикардо вдруг решат перенести боя с завтра на сегодня.

Но они не пытались. Вместо этого они встали друг напротив друга и принялись самозабвенно показывать на пальцах, как именно они будут друг друга насиловать. Планы у обоих на этот счет были обширные и разнообразные. При этом они еще строили друг другу рожи. В общем, зрелище было для эстетов. Зал рыдал от хохота, напряжены были только охранники, явно опасавшиеся, что это выступление может в любую секунду перейти из теоретической плоскости в практическую.

А те все наяривали. Я обернулся по сторонам и увидел, что все только что носившиеся в разные стороны бюсты, сейчас развернуты к помосту, а над ними горят не шуточно возбужденные глаза. Дамы завелись, загорелись нетленным огнем страсти и полыхали у всех на виду, нисколько не стесняясь своего пламени.

Продолжение следует...