Байки Гескина. "Товарищ генерал, случилось страшное». Как мы с Ригертом выясняли, кто больше выпьет
Остальные

Байки Гескина. "Товарищ генерал, случилось страшное». Как мы с Ригертом выясняли, кто больше выпьет

«Спортфакт» продолжает публикацию баек из будущей книги Владимира Гескина, которая весной выйдет в издательстве "АЯКС-ПРЕСС"
Однажды, в самом конце восьмидесятых, у меня отобрали водительские права.

Дело было так. К нам в редакцию приехал мой визави – заместитель главного редактора парижской l’Equipe Жан-Франсуа Рено, давний друг Левы Россошика. И мы с Левкой его окучивали – и в спорткомитет возили, и в Звездный городок, и много куда еще. Прощальный ужин был в «Национале». Ну, вы понимаете – традиционное русское гостеприимство и все такое.

Выпито было много. После чего возникла идея показать дорогому французскому гостю вечернюю Москву во всей ее красе. У меня тогда была жигулевская «трешка», вот на ней и поехали.

Количество выпитого меня в былые времена как-то не смущало. В 1983-м во дворце спорта «Измайлово» проходил чемпионат мира по тяжелой атлетике, и я в пресс-баре необдуманно бросил перчатку великому штангисту Давиду Ригерту: кто больше выпьет. Сыграли вничью, а после соревнований я сел за руль, без всяких проблем доехал до своего дома у метро «Аэропорт», припарковался, открыл дверь – и выпал из машины. Встать не мог минут десять. Но ведь доехал же!

Но не будем отвлекаться. Итак, на «трешке» мы поехали кататься по Москве с французским гостем на борту. И все было нормально, пока дело не дошло до площади Восстания. Это теперь там нет светофоров, а раньше были штуки три или четыре, и все их я проскочил на самый что ни на есть красный свет.

Француз и Россошик дружно охнули. Я и сам был шокирован таким развитием событий и от греха подальше сразу же свернул на Малую Никитскую, где заглушил мотор и затаился. Но ГАИ не дремало. Тут же появились проблесковые маячки, был составлен акт, после чего я под эскортом этих самых маячков (но, заметьте, по-прежнему за рулем!) был препровожден в главное управление ГАИ, что рядом с кукольным театром Образцова.

Тут француз с Россошиком меня покинули (было ясно, что они ничем помочь не могут), а мне где-то в подвалах пришлось долго дышать в трубку. Врач не без удивления констатировал:

- Так ведь у вас смертельная доза!

- Помилуйте, - интеллигентно парировал я. – Что еще за доза? Я перед вами стою, а не валяюсь. И даже разговариваю, пусть и не совсем уверенно. Буду жить!

- Надеюсь на это, - сказал врач.

Вместо прав мне выдали временное разрешение и сообщили:

- Вы свободны.

- А машина?

- Можете ехать. Временное разрешение вам выдано.

Самое поразительное, что километра через три меня остановили вновь. Но я предъявил временное разрешение – и меня с легкой душой отпустили: видимо, за одно пьянство двух наказаний быть не может.

Ну вот. А на следующий день главный редактор Кудрявцев собрал совещание. Решали, как вернуть мне права.

И решили - написать письмо начальнику московского ГАИ (кажется, его фамилия была Богданов), сыграв на том, что в прежней жизни нынешний генерал был знаменитым самбистом, заслуженным мастером спорта.

Письмо написал, естественно, я сам. Текст был примерно такой:

"Товарищ генерал, случилось страшное. Наш товарищ, заместитель главного редактора Владимир Гескин, был задержан за вождение автомобиля в нетрезвом виде. Мы, журналисты «Советского спорта», посвятившие свои жизни пропаганде здорового образа жизни, потрясены его недостойным поступком. И просим Вас передать его водительские права трудовому коллективу «Советского спорта». Суд товарищей станет для Гескина самым суровым наказанием!"

И ведь вернули! Дня через два. Мне даже штраф не пришлось заплатить.