Байки Гескина. "Медленным шагом, робким зигзагом"
Остальные

Байки Гескина. "Медленным шагом, робким зигзагом"

«Спортфакт» продолжает публикацию баек из книги Владимира Гескина, которая в ближайшие дни появится в магазинах
В те дни, когда в 1974 году я появился в "Советском спорте", редакционный народ пребывал в возбужденном предпраздничном настроении. Через три недели газете должно было исполниться 50 лет. Все ждали: одни - государственных наград, другие - премий, третьи - возможности погулять на банкете.

Плюс было запланировано коллективное фотографирование - у Ленина в Лужниках. Туда отправились все, кроме дежурных. В нашем международном отделе дежурным, по понятным причинам, назначили меня, как не заслужившего пока право быть запечатленным на столь важном снимке.

Перед тем как отбыть, начальники (а для меня все тогда были начальниками) дали мне инструкции на все случаи жизни. Объяснили, что вообще-то все материалы в очередной номер уже засланы, но, конечно, могут прийти какие-то важные новости, и тогда я должен позвонить ведущему редактору Оресту Петровичу Шевцову. Вот номер его телефона. Сообщили, что часов в шесть вечера из типографии привезут полосы, и мне предстоит внимательно прочитать все, что подготовлено нашим отделом, а если, не дай бог, я обнаружу какую-то ошибку (прежде всего смысловую; на русский язык обращать внимание не нужно - для этого есть корректоры), то обязан позвонить тому же Шевцову. И, наконец, уточнили, что сами в редакцию в этот день уже не вернутся (там, в Лужниках, есть отличная шашлычная) и что покинуть свой пост я могу исключительно с санкции все того же Шевцова, которому должен позвонить, прежде чем уйду домой.

Вы только представьте - первое дежурство! Чувство ответственности переполняло меня до такой степени, что я даже сидеть не мог и метался из угла в угол нашей комнаты. В шесть часов вечера из типографии привезли первые оттиски полос, и я углубился в чтение - в высшей степени внимательно и чрезвычайно неторопливо. Изучил все, как под микроскопом, и уже собирался - в соответствии с инструкцией - отнести полосы в бюро проверки, но тут мой взгляд остановился на заголовке к репортажу с чемпионата мира по боксу, который в те дни проходил в Гаване. Заголовок выглядел так:

Первая медаль в гавне!

Это потом я услышал тысячу репортерских баек о пропущенных буквах и словах, посмотрел фильм Тарковского "Зеркало", где матери главного героя кажется, что при наборе текста допущена ошибка и в слове "главнокомандующий" отсутствует буква "л", и познакомился со стариком, заведующим корректурой, который в тридцатые получил срок за отсутствие "р" в слове "Ленинград". А тогда, в начале июля 1974-го, я, ничего еще не знающий и не умеющий, покрылся холодным потом и стал названивать Шевцову, а когда он снял трубку, несколько раз выкрикнул:

- В Гавне! В Гавне!

Надо отдать должное Оресту Петровичу. На мои крики он не отреагировал и, помолчав, абсолютно спокойным голосом спросил:

- Кто это?

- Гескин, - сказал я.

- Кто такой Гескин? - спросил Шевцов.

- Из международного отдела. Внештатный корреспондент, - промямлил я.

И вот тут Ореста Петровича прорвало. Очень коротко, несколькими фразами, используя исключительно непечатную лексику, он объяснил мне (а) кто я такой; (б) кто такие мои начальники, оставившие дежурить внештатника и не предупредившие об этом его, Шевцова; (в) что если звонишь заместителю главного редактора, который в данном случае является еще и ведущим редактором, желательно здороваться; и, наконец, (г) что корректоры давным-давно нашли пропущенную букву и исправили ошибку. После чего еще раз напомнил мне, кто я такой, и бросил трубку.

Я перевел дух. Уфф…Ничего подобного мне прежде слышать не приходилось, и я даже зауважал этого незнакомого мне человека, который способен на ровном месте устраивать такие разносы. Пошел к дежурному соседнего отдела, поделился впечатлениями. Тот, посмеявшись, подтвердил: да уж, Шевцов - натура взрывная, еще похлеще может наорать.

И рассказал древнюю совспортовскую легенду о том, как в 1958 году в Филадельфии проходил матч сборных СССР и США по легкой атлетике. Журналистов тогда за кордон почти не посылали, но тут - ввиду чрезвычайной важности турнира - сделали исключение и решением высоких инстанций командировали Шевцова. Во-первых, он был человек проверенный (в конце войны работал в советском генконсульстве в Сан-Франциско и вроде бы даже имел отношение к созданию ООН), а во-вторых, знал английский.

Шевцов улетел за океан, телеграммой сообщил номер телефона в гостинице и час, когда его надо вызвать, чтобы он продиктовал репортаж. Когда пришло время, стенографистка набрала международную телефонную станцию (прямой связи, естественно, и в помине не было), но там, как ни пытались, дозвониться не смогли: нужный номер не отвечал.

Он не отвечал почти два дня, и в редакции уже забеспокоились, не случилось ли со спецкором чего-то нехорошего. Но тут стенографистке, наконец, улыбнулась удача.

- Здравствуйте, Орест Петрович! - начала она. - Как я рада, что все-таки до вас дозвонилась!..

- Не мешайте мне работать! - оборвал ее Шевцов. И бросил трубку.

С годами он, конечно, немного успокоился и бушевал реже. Старика любили, считали его достопримечательностью "Советского спорта" и на пенсию не отправляли. Материалов Шевцов не писал, не дежурил и день за днем проводил в своем кабинете, изредка радуя нас своими прожектами.

Однажды во время редакционной летучки, проходившей в нашем актовом зале, он со словами "Все это глупости!" прервал очередного выступающего и кряхтя поднялся на сцену.

- Все, что тут говорят, - глупости! - повторил Орест Петрович. - Неужели вы не видите, что газета катится под откос? Заметки писать никто не умеет, заголовки такие, что хочется повеситься. Я тут посидел, подумал. Вот вам список из трехсот заголовков - предлагаю их на этой летучке утвердить, и только их в дальнейшем и использовать. Да, иногда будут повторяться, но ничего страшного. Зато качество.

После чего он все триста заголовков зачитал. Мне запомнился самый первый - "Медленным шагом, робким зигзагом".

Источник: http://www.sportfakt.ru/