Байки Гескина. Как я брал интервью у премьер-министра Вьетнама
Остальные

Байки Гескина. Как я брал интервью у премьер-министра Вьетнама

«Спортфакт» продолжает публикацию баек из будущей книги Владимира Гескина, которая весной выйдет в издательстве "АЯКС-ПРЕСС"
В 1981 году меня на месяц отправили во Вьетнам - по обмену. На практике это означало, что к нам в "Советский спорт" приедет корреспондент ханойской газеты "Тхе зук тхе тхао", а я должен был стать гостем того же "Тхе зука…". Командировка, как вы уже знаете, была длинная, и я объездил всю страну.

Вьетнам только-только приходил в себя после страшной войны. Бедность была жуткая. Помню, брал интервью у профессора (кажется, физиологии) ханойского инфизкульта, так он во время разговора перематывал нитки со здоровенной бобины на катушки: его жена торговала ими на рынке. При этом их сын продавал на улице сигареты - поштучно. Мало кто мог позволить себе купить целую пачку.

Коллеги из "Тхе зука…" подготовили мне роскошную программу. Изюминкой которой был внушительный кейс, который повсюду таскал мой переводчик - симпатичный парень по имени Тханг, репортер газеты, прилично говоривший по-русски. Кроме всего прочего, он был местной звездой - чемпионом Вьетнама по шахматам. Стоило нам приехать куда-нибудь, Тханг раскрывал свой кейс, где в два ряда стояли бутылки с самогоном. Неудивительно, что встречи получались чрезвычайно теплыми. Тем более что у радушных хозяев тоже кое-что было припасено.

В итоге я постоянно находился под легким кайфом, что, безусловно, способствовало раскрытию моего же творческого "я". Вот, к примеру, поездка к металлургам. После нее родились такие вот прочувствованные строки:

"Был на металлургическом заводе, боялся, как бы в домну не упасть. Мне там цветы вручали при народе. И самогоном потчевали всласть"…

Это был куплет песни, и с каждым днем таких куплетов становилось все больше. Далее следовал припев, адресованный кому-нибудь из моей московской компании. Завершался он так: "…И все равно скажу вам, не тая: Толян (или кто-то другой) здесь был бы более уместен. Но оказался почему-то я".

Привезли меня и на берега удивительного Халонга (залива Опустившегося Дракона, но опустившегося не в том смысле, что он беспробудно пил, а в том, что он как будто опустился в воду, так что наверху остались только скалы-чешуйки). Там я встречался со спортсменами-подводниками, среди которых были и девушки. И вот вам новый куплет:

"Залив Халонг. Так назван в честь дракона. Здесь рай земной иль филиал его. Нет во Вьетнаме лучше самогона. И девушки здесь тоже ого-го".

Еще в самом начале командировки ребята из "Тхе зука…" познакомили меня с программой предстоящих поездок и встреч. Там было минимум двадцать пунктов, среди которых - под самый занавес - фигурировало интервью с вьетнамским министром спорта. Это, конечно, был самый скучный пункт, но без него по тем временам никак нельзя было обойтись.

Прошло дня три, и Тханг сказал, что с министром проблема - он заболел. "Отлично!" - подумал я, но Тханг добавил, что уже найдена замена: разговаривать со мной будет человек, который курирует спорт в совете министров.

Еще дней через пять выяснилось, что этот курирующий улетел на важную встречу в СССР. Вместо него, сообщил Тханг, будет кто-нибудь важный из вьетнамского ЦК. И так это продолжалось почти до конца командировки, пока не стало ясно, что мне предстоит встретиться с Фам Ван Донгом. С премьер-министром! Со вторым человеком в государстве!!!

Одно дело - министр, другое - премьер-министр. Я пытался вообразить, как все будет. Большой зал, сплошной мрамор. Золотые украшения, по четырем углам - львы. Фам Ван Донг - естественно, в идеально подогнанном костюме при галстуке. А у меня не только галстука, даже рубашки белой не было. Позор!

Но получилось не совсем так. Представьте себе огромную площадь, как у нас Красная. С одной стороны мавзолей Хо Ши Мина, куда меня для начала повели. Посмотрел. За мавзолеем - прудик, где Хо Ши Мин любил кормить рыбок. Я тоже покормил - в знак памяти. А потом мы пошли через площадь. Там, где у нас ГУМ, в Ханое за забором располагался правительственный бассейн. И именно там мне предстояло брать интервью.

Бассейн был открытый, окруженный деревьями, поэтому по воде плавали листья. На бортике сидели несколько старичков в синих выцветших трусах, оказалось - члены политбюро, в том числе и товарищ Фам Ван Донг. Я поручкался с каждым, а потом мы с Тхангом тоже сели на бортик (кейса у него, понятное дело, на этот раз не было), и началось интервью.

Ну, в основном, конечно, это были общие слова. О том, какое внимание уделяют партия и правительство развитию спорта и оздоровлению народа. О том, как помогают советские братья. О том, наконец, что в 1980 году свободный Вьетнам впервые принял участие в Олимпиаде - и какое это было счастье для вьетнамских олимпийцев побывать в Москве.

А потом я вернулся домой, в ту самую Москву, по которой жутко соскучился. На следующий день пришел в редакцию, и меня тут же вызвали на ковер к главному редактору. Он поздравил меня с окончанием командировки и сообщил, что нужно срочно подготовить интервью с Фам Ван Донгом, которое будет завизировано в ЦК (нашем, естественно) и передано вьетнамским товарищам. Поскольку - ввиду его чрезвычайной важности - они решили опубликовать его день в день с "Советским спортом" во всех газетах Вьетнама.

По такому случаю интервью появилось в "Сов. Спорте" наверху первой полосы. Боюсь, мало кто его прочитал. Во Вьетнаме, готов предположить, тоже. Ну разве что Фам Ван Донг на бортике правительственного бассейна.

Источник: http://www.sportfakt.ru/